Как характеризует обломова его поведение, Иван Гончаров «Обломов»
![Как характеризует обломова его поведение](https://cloudeyecrypter.ru/wp-content/themes/mh-magazine-lite/images/kededix.jpg)
И хотя Гончаров пишет, что «на всю жизнь ее разлились лучи, тихий свет от пролетевших, как одно мгновение, семи лет», читатель понимает, что «затаившийся внутренний смысл», «уразумение своей жизни», «радостный свет» при встрече с сыном Андрюшей рождены ее душой, «просиявшей» с. В Ольге Ильинской писатель воплотил немало привлекательных черт русской женщины. Жажда света и поэзии взяла свое в молодом читающем мире.
Периоды возобновления обещаний начать "завтра" "новую жизнь" появляются все реже. Финал героя - полный нравственный крах, сочетаемый с "невинными", на первый взгляд, излишествами в еде и выпивке; все это приводит к одряхлению и к ранней смерти.
Острая наблюдательность И. Гончарова позволила с протокольной точностью зафиксировать общую судьбу многих людей, подававших в молодости большие надежды своими душевными способностями и сгинувших без пользы и в безвестности. Писатель, вслед за Н. Гоголем, вынес приговор маниловскому прожектерству с его культом непрактичности как особого достоинства личности.
Антиподом Обломова выступает другой герой романа - Андрей Штольц обрусевший немец , последовательно добивающийся имущественного благополучия, личного и семейного счастья настойчивой, инициативной и разнообразной деятельностью. Она включает и альтруистические усилия продиктованные чувством дружеской привязанности и симпатией к душевным задаткам главного героя спасти Обломова от самого себя. Вместе с тем им свойственно, в отличие от "О. Сами чувства и мысли Штольца отличаются высокой лабильностью и вместе с тем интегрированы эстетико-нравственной разборчивостью, чувством долга и волей, выбирающей иерархически связанные и последовательно достигаемые цели.
Контраст Обломов - Штольц выявляет полную обреченность и бесперспективность обломовской перманентной нерешительности и систематического уклонения от принятия решений, реализуемых в разумной, общественно и личностно содержательной деятельности.
Социокультурный и социопсихологический феномен российской дворянской культуры и образа жизни 19 в.
![Михайлова. И. А. Гончаров и идеи феминизма.](https://sun9-30.userapi.com/impf/c847122/v847122482/b49c/pMrY6czJA0w.jpg?size=604x453&quality=96&sign=9ea7b4e70b9a5face5bc4effeb21d8b4&type=album)
Это дало основание утверждать как русофобам, так и аналитикам прозападной ориентации, что "О", является квинтэссенцией и архетипом русского национального характера, ключом в объяснении фундаментальных особенностей менталитета и поведения русского человека см. Менталитет, Архетип. Образ Васисуалия Лоханкина - пародия И. Ильфа и Е. Петрова на психологию и образ жизни русского интеллигента х гг. Данный подход является заведомым полемическим преувеличением, имеющим мало общего с исторической действительностью.
Гигантское Российское гос-во с его блистательными успехами во внешней политике, науке и художественной культуре было создано в первую очередь русскими, отличавшимися целеустремленностью и плодотворным творчеством. Однако повседневная деспотическая и бюрократическая практика этого гос-ва параллельно плодила разнообразные категории "лишних" людей, в том числе и "обломовского" типа, создавая ситуацию невостребованности для умных, талантливых и инициативных личностей. Успех на государственной службе, особенно в мирное время, в значительной степени определял беспринципность в отношениях с сильными мира сего "Служить бы рад, прислуживаться тошно Грибоедов , взяткодательство и взяткополучение, строгое следование Табели о рангах и служебной иерархии.
Сословные перегородки, поддерживаемые всем укладом общественной жизни дореволюционной России, жестко ограничивали направление и формы проявления социальной активности, приличные для выходцев из "благородных" слоев и классов. В советское время им на смену пришла детализированная иерархия номенклатурных отношений; в ее рамки не вписывались люди с нестандартными запросами и глубокой смысложизненной программой, составившие оппозицию "одномерному" человеку.
Перманентная транзитивность общественной жизни России начиная с реформ х гг. В советское время отсутствие гарантий стабильного положения личности в виде собственности, к-рой она могла бы распоряжаться в собственных интересах, поставило ее в полную зависимость от доминировавшей государственной идеологии и политики.
В этих условиях "О. В связи с активизацией русского национального самосознания в е гг. Свидетельством этого может служить популярность кинофильма Н.
Михалкова "Обломов", утверждающего чистоту помыслов и чувств его героя, неуклонно сторонящегося грязной чиновничье-торгашеской практики своего окружения.
В результате Обломов оказался сопричастным благородным побуждениям "лишних людей", а его хроническое бездействие приобрело характер мудрой тактики последовательного уклонения от зла внешнего мира ради сохранения чистоты души и безупречной репутации человека, отказывающегося от соблазнов и рисков амбивалентных ситуаций ради сохранения душевного равновесия, традиционного образа мысли и поведения. Тупиковый характер слепого воспроизводства традиций без их необходимого обновления сообразно требованиям времени остался за рамками апологии "О.
Вместе с тем она сохраняет значение жизненной позиции для части современных маргиналов, имеющих хотя бы минимальные источники существования, отвергающих все формы перестроечной и постперестроечной социальной активности и культивирующих комфорт привычного, устоявшегося быта.
История отечественного О. Задолго до возникновения государственности народом был накоплен опыт подготовки молодых поколений. Он находил отражение в фольклоре, к-рый играл исключительную роль в воспитании детей. В пословицах и поговорках концентрировалась педагогическая мудрость народа. Ушинский писал: "Это - первые и блестящие попытки русской народной педагогики, и я не думаю, чтобы кто-нибудь был в состоянии состязаться в этом случае с педагогическим гением народа".
Древние традиции воспитания славян являются тем животворным источником, к-рый на протяжении столетий питал практику семейного воспитания, помогая сохранять и умножать русскую культуру. В г. Особенностью исторического развития древних славян было отсутствие у них рабства: пленники после освобождения могли вернуться на родину, но многие предпочитали оставаться у славян. Усвоение культурного наследия античности являлось необходимым этапом в развитии образования Древней Руси.
По выражению М. Алпатова, через Византию, как через Золотые ворота, вошли на Русь достижения античной культуры см. Крещение Руси. Обретение государственности, создание письменности и принятие христианства мощно стимулировали развитие образования и культуры в Киевской Руси.
Именно в г. Владимиром основана первая школа при княжеском дворе. Особенностью русских школ было то, что обучение в них происходило на родном языке и индивидуально. Сам он переводил греческие книги, жаловал "черноризцев" - переписчиков, им была основана первая библиотека. Историк В. Татищев указывает, что в г. Церковь и монастыри также становятся культурно-просветительными центрами. Однако самой массовой школой воспитания в это время является семья.
Заповеди христианского вероучения были главными принципами духовно-нравственного воспитания. Основными методами обучения были заучивание текстов наизусть и их повторение. Дети писали на навощенных дощечках церах писалом, изготовленным из олова.
После освоения письма на церах разрешалось писать на бересте. Однако образование в Древней Руси не было копией византийского: оно отличалось своей оригинальностью и было связано с особенностями древнерусского об-ва.
Влияние Византии на развитие культуры и просвещения Руси значительно, но культура не может быть навязана извне. Ее развитие - результат усилий князей и самого народа. Выдающимся памятником культуры 12 в. В пример он ставил своего отца, к-рый, "сидя дома", освоил пять языков. Главная идея "Поучения" - забота о благе своего гос-ва, его единстве.
Основной метод воспитания - страх Божий. Исследования отечественных историков И. Соболевский и др. Начинается образование централизованного гос-ва во главе с Москвой.
Иностранцы отмечали быстрое экономическое развитие, прогресс культуры и просвещения в Московии. Кроме школ при монастырях и церквях появляются "мастера грамоты". В вв. При приказах создаются школы, и приказной люд становится самым образованным. Наместники, администрация городов, тиуны, сотские, старосты должны были быть грамотными.
Растут международные связи: заключаются монархические браки, русские учатся за границей, путешественники посещают Палестину и Иерусалим, Царьград и Венецию, совершают "хождение за три моря".
В середине 14 в. Они провозглашали принципы обучения на родном языке, сознательности, наглядности. В "Азбуке" первопечатника Ивана Федорова и др. Книге на Руси поклонялись: считалось, что она "подобна иконе". Грамотность на Руси вв. Первый словарь иностранных слов - сшитые берестяные листочки - содержал толкование более иноземных слов.
Иван Федоров и Петр Мстиславец сформулировали ряд дидактических требований: изучаемые предметы должны восприниматься "разумом и чутью", с опорой на "слух, и очеса, и язык, и вся чувствия".
Учитель должен побуждать своим примером и обладать кротостью, смиренномудрием, добродеятельностью. Федорова считают крупнейшим специалистом начального образования вт. Русская церковь уже в 14 в. Первый царь Руси - Иван Грозный - был человеком образованнейшим, писателем, ритором "словесной мудрости".
Он собрал ценнейшую библиотеку, к-рую до сих пор ищут. Обучение начиналось с семи и продолжалось около двух лет. Учитель обучал 8 - 10 учеников. Учили азбуку, затем слоги. Письмо изучалось параллельно с чтением. Считали обычно в пределах , арабских цифр не знали.
Много времени отводилось пению. Усваивались правила поведения.
![Что такое](https://obrazovaka.ru/wp-content/images/essay/harakteristika-oblomova-158102.jpg)
Лучшие ученики становились помощниками учителей, а затем и учителями. Обучение носило религиозный характер.
Весь учебный материал заучивался в школе. Заботливое и внимательное отношение к ученику соединялось с суровой дисциплиной. Сведения о московских школах скудны. Федор Ртищев создал школу, где было положено начало изучению латинского языка, что способствовало усилению культурных контактов с Западом и развитию педагогики и образования. Существовали "низшие" школы при домах священников и в монастырях. Зажиточные граждане обучали своих детей дома, приглашая "мастеров" грамоты.
Обучение начиналось, как правило, 1 декабря, в день святых - покровителей учения. Своеобразной педагогической энциклопедией, определявшей не только воспитание, но и социально-экономические отношения, была книга "Домострой" 16 в. В первых главах говорится о "любви к Богу" и "страхе Божием", терпении и мирском смирении. Царя или князя следует чтить и служить ему, как самому Богу. Родителям следует держать детей в строгости, широко применяя телесные наказания. Термин "домострой" позднее стал синонимом устаревших патриархальных семейных порядков.
Другим известным памятником педагогической мысли 17 в. Перевод известного труда Эразма Роттердамского был обусловлен необходимостью обучать цивилизованным манерам детей из высших слоев об-ва.
Оно положило начало новому направлению - обучению этике поведения и гигиене. Развитие государственности, экономики и культуры, рост международного авторитета Московской Руси поставили вопрос о создании высшего учебного заведения. Инициатором выступил Симеон Полоцкий. На средства царя Федора Алексеевича в г. Церковь не поддержала его, так как видела в изучении латыни реальную опасность проникновения "иезуитской ереси", то есть католицизма.
По распоряжению митрополита Иоахима открылось учебное заведение, в к-ром преподавали греки - братья Лихуды.
В нем было 99 учеников из всех сословий, но только православные. Школа стала именоваться Славяно-греко-латинской академией. Главная задача - подготовка образованных людей для церкви и гос-ва.
В этой академии учились М. Ломоносов, А. Кантемир, Ф. Баженов и мн. Так были созданы основные типы школ - элементарная, средняя, повышенного типа и высшая. Развитие образования в нач. Для осуществления его замыслов были нужны офицеры и кораблестроители, грамотные чиновники и инженеры. В нач. Здесь работал Л. Магницкий, составивший первый отечественный учебник математики, где совершен переход на арабские цифры. Учреждаются хирургическая, инженерная, артиллерийская, горнозаводская и др.
Введено положение, по к-рому венчаться могли только те, кто представлял свидетельство о прохождении курса обучения. Впервые устанавливалось общее и обязательное обучение для дворян и будущих чиновников. Обучение приравнивалось к военной службе: за побег - смертная казнь, за провинности - розги. Была проведена реформа духовного образования: созданы начальные архиерейские школы и духовные семинарии, имевшие довольно широкую общеобразовательную подготовку.
Школа по своему характеру становилась все более сословной. С г. Наряду с военной подготовкой дети дворян получали широкое общее образование и "светское воспитание". Крепостное крестьянство, за редким исключением, было лишено возможности получать даже элементарное образование. Венцом просветительской деятельности Петра стало открытие Петербургской академии наук, к-рая объединяла три учреждения, действовавшие в западноевропейских гос-вах независимо: университет.
Эйлер, братья Бернаулли. Стараниями Петра I была создана основа государственной системы образования. Россия стала великой державой, в к-рой творили великие умы. Одним из них был М. Ломоносов - первый российский академик, педагог-новатор, к-рый "обнял все отрасли просвещения". Помимо научной, литературной и общественной деятельности ученый выполнял в академии обязанности педагога-организатора, лектора и воспитателя. Он выдвинул идею народного образования - бессословность и доступность образования для простого народа, трудовое воспитание.
Педагогические идеи ученого - гуманизм и демократизм, научность, народность и национальный характер образования - получили дальнейшее развитие в трудах российских мыслителей и педагогов.
Цель образования Ломоносов видел в воспитании человека-патриота с высокой нравственностью и ответственностью. Основные методы - "добрый" пример, требовательность, дисциплина, поощрения и наказания. Им утверждается исследовательский принцип в отечественном образовании и принцип развивающего обучения. Ломоносов рекомендовал отбирать в учителя способных, трудолюбивых и прилежных людей из "природных россиян".
Своп демократические идеи он реализовал в проекте Московского университета. Широко применялся принцип соединения теории с практикой, принцип наглядности. Народный характер образования выражался в организации публичных лекций и диспутов на русском языке, создании значительной группы русских профессоров. Университет не был зависим от церкви, свободен от полицейского надзора, имел анатомический театр и физический кабинет, собственную типографию и суд.
В типографии печаталось три четверти всей учебной литературы той поры, были переведены произведения Яна Амоса Коменского, Д. Локка, Ж. Руссо и др. Университет стал кузницей отечественных научных кадров. Для подготовки реформы образования Екатерина II пригласила И. Бецкого, к-рый длительное время проживал за границей, хорошо знал передовые педагогические идеи. Он считал, что "корень всему злу и добру - воспитание".
Замысел его проекта сводился к воспитанию "новой породы людей" в закрытых учреждениях, изолированных от "развращающего" влияния "подлых" простых людей. Эти утопические идеи не были поддержаны императрицей. Вместе с тем следует отметить, что заслугой Бецкого была инициатива создания новых образовательных учреждений: училище при академии художеств, коммерческое училище. Смольный институт благородных девиц и др. Являясь сторонником женского образования, он призывал матерей активно включаться в воспитание детей с раннего возраста.
Бецкой защищал идею широкого, разностороннего образования. Социально-экономическое развитие России заставляло правительство заниматься развитием образования и для непривилегированной части об-ва. Указом г. К кон. Сельская местность оставалась по-прежнему без школы. Воцарение Александра I сопровождалось серьезными реформами в сфере образования: в г.
Указ г. Провозглашалась бессословность, но принцип сословности все более утверждался в образовании: для детей дворян были созданы особые учреждения - лицеи, благородные пансионы, кадетские корпуса, пажеский корпус и др. Первым был открыт Демидовский лицей , наиболее известным стал Царскосельский, в первом наборе к-рого учился А. Так, в нач. С нач. Реформа г. Усиление консервативности и самодержавия в правление Николая I получило выражение в известной формуле министра народного просвещения с С.
Уварова: "Православие, самодержавие, народность". Народность в этой доктрине практически сводилась к сословности. Царь указывал, что главной задачей школы должна стать подготовка человека к выполнению его сословных обязанностей. По Уставу г. Рост производительных сил страны, промышленности и сельского хозяйства повлиял на развитие профессионального образования: открывается Технологический институт, Институт гражданских инженеров, технические и коммерческие училища и др.
Карамзин отмечал, что язык - это "первое училище для юной души". Другое направление педагогической мысли представлял В. На первое место оно ставило человека вообще: науки общечеловечны, они не принадлежат какому-то одному народу, поэтому и образование является общечеловечным.
К этому направлению принадлежали многие известные писатели, ученые, педагоги: Т. Грановский, П. Редькин и др. Реформы Александра II х гг. Положение г. Окончание реальной гимназии не давало права поступления в университет, а только в институт или училище.
Создавались два типа женских училищ: 1-й разряд 6 лет обучения и 2-й разряд 3 года обучения. Главная задача - подготовить девушек к будущей семейной жизни. Университетское образование было для них закрыто вплоть до г. Открываются Московское высшее техническое училище, Петровско-Разумовская сельскохозяйственная академия. Рижский политехнический институт. Народность, православие и наука, по мнению основателя отечественной педагогики К. Ушинского, составляют фундамент народного образования.
Идея народности включала требование всеобщего начального образования; построения содержания образования, гл. Педагогические идеи К. Ушинского пропагандировала и развивала большая группа его последователей: В.
Водовозов, Н. Корф, Н. Бунаков, В. Стоюнин, Д. Семёнов, Л. Модзалевский и др. Его труды оказали большое прогрессивное влияние на деятельность педагогов др. Образовательная реформа Александра 11 признана для того времени наиболее демократичной: бессословность, неконфессиональность, обучение на родном языке, отменялись телесные наказания, расширялись права педсоветов, разрешалась педагогическая деятельность женщинам и т.
Открывались частные, воскресные и земские школы, к-рые стали широкой опытно-экспериментальной базой. После покушения на царя начинает усиливаться консервативное направление: запрещается Педагогическое общество, закрывается Петербургский комитет грамотности.
С назначением министром просвещения Д. Толстого утверждается формалистическая теория образования и школа ориентируется на немецкую педагогику. Обер-прокурор Синода К. Победоносцев утверждал, что они больше гарантируют благонадежность образования. Педагогические советы и учителя были лишены самостоятельности, в г. В кон. Россия достигла значительных экономических успехов.
Одновременно с этим в стране сохранялись значительные феодальные пережитки, главным из к-рых было неограниченное самодержавие. В общей политике сохранения монархии образование играло все большую роль. Надежным средством недопущения нежелательных элементов к власти являлся сословный принцип. По переписи г. В идеале царь Николай II видел образование как трехуровневую систему: начальная школа - для детей народа, средняя - для буржуазии, высшая - для дворянства.
Особенностью России этого периода было наличие двух направлений в идеологии образования: наряду с консервативной и реакционной линией правительства развивалась и прогрессивная гуманистическая линия, берущая свое начало от М. Ломоносова, Н. Ушинского и развитая Л. Каптеревым, В. Это направление базировалось на синтезе лучших достижений отечественной и зарубежной педагогики. В идеях "свободного воспитания", к-рые провозглашал и исповедовал Л.
Толстой, воплощалось его стремление к "творению добра" и утверждению любви к людям. Будущее об-во он видел в красоте и гармонии человеческого совершенства, присутствующего в детях, в неограниченных возможностях развития этого начала. Скорее всего, в этом случае предпочтительны настойчивые намеки, рассчитанные на то, что русский романист догадается о подозрениях переводчика и подтвердит их.
С другой стороны, если Гончаров предполагал двойное прочтение своей аллюзии к Корделии, то его молчание закономерно — кто же будет объяснять иронию! Перекличка между книгами Кьеркегора и Гончарова не исчерпывается грезами героя об Ольге-Корделии. Читатель, хорошо знакомый и с «Обломовым», и с «Дневником соблазнителя», вряд ли избежит смутного и в то же время весьма навязчивого дежавю.
Юная героиня, живущая в домике у тетки; мизансцены вокруг чайного столика; два приятеля, посещающие дом. Один — добропорядочный, робкий, влюбленный; другой… другой.
Дежавю укрепляют музыкальные сцены. Иоханнес застает Корделию за игрой на фортепиано. Оба автора наделяют музыкальные эпизоды особым смыслом — обнажившие внутренний мир героинь, эти моменты становятся вехами в отношениях влюбленных и знаковыми воспоминаниями. Ольга Ильинская, как и Корделия, выросла без родителей, с теткой. Персонаж Кьеркегора, Иоханнес, поначалу ошибается относительно степени родства — увидев Корделию со старшей спутницей, он отмечает в своих записках: «Ее сопровождала какая-то пожилая дама, судя по виду — ее мать» [Кьеркегор ].
Гончаров слегка «подправляет» Кьеркегора — он акцентирует не только сиротство, но и духовное одиночество Ольги: ее отношения с родственницей суховаты, лишены подлинной близости: «…с первого раза, видя их вместе, можно было решить, что они — тетка и племянница, а не мать и дочь».
Этот едва заметный «укол» в сторону датчанина считывается как символ тонкого психологизма. В отсутствие материнской заботы обе героини ищут поддержки и опоры в мужчине. Корделия доверяется Иоханнесу, но жестоко обманывается в своем возлюбленном. Ольга, напротив, находит в Штольце сначала старшего друга, потом верного, любящего мужа.
Развязка отношений героев Гончарова, традиционно считающаяся в романах счастливой, может создать иллюзию, что Штольц изначально имел серьезные намерения относительно своей подопечной. Впрочем, может быть, я пристрастно сужу: у меня к ней слабость…» — признается он Обломову, собираясь познакомить его с Ильинской. Возможно, Штольц видел в Ольге будущую спутницу жизни, готовил, развивал ее для себя? На самом деле Штольц осознал свою привязанность к Ольге много позже, в Швейцарии.
А до этого, как разъясняет к концу романа Гончаров, он «любовался только ею, как милым ребенком, подающим большие надежды; шутя, мимоходом, забрасывал ей в жадный и восприимчивый ум новую, смелую мысль, меткое наблюдение над жизнью и порождал в ее душе, не думая и не гадая, живое понимание явлений, верный взгляд, а потом забывал и Ольгу, и свои небрежные уроки».
Эта сомнительная характеристика немца заставляет вспомнить сведения, полученные из первой половины романа: в отношениях с женщинами Штольца «звали эгоистом».
На той, более ранней стадии повествования он выступал еще в ореоле, созданном восторженной детской преданностью Обломова; поэтому под «эгоизмом» хотелось понимать не более чем сдержанность чувств. Но может быть, Штольц был гораздо ближе к той черте, которая отделяет порядочность от вероломства? Персонажей Кьеркегора и Гончарова Иоханнеса и Штольца связывает стремление господствовать над внутренним миром девушки. В «Дневнике соблазнителя» это ведущая тема.
Влияние Штольца на Ольгу также ощущается на протяжении всего романа, а к заключительным главам его роль наставника раскрывается в полной мере — авторитет мужа почти поглощает собственное «я» Ильинской-Штольц.
Кьеркегор понимает соблазнение не буквально, не обывательски. Персонаж, выкравший дневник Иоханнеса, почти уверен, что непоправимый исход истории с Корделией — единственный в своем роде.
В других многочисленных атаках соблазнитель ограничивался психологической победой:. И тут он внезапно обрывал все, так и не сделав со своей стороны ни малейших усилий к сближению 14 [Кьеркегор ]. Для Кьеркегора соблазнение — это проявление особого, «эстетического», отношения к жизни; игра, процесс. Композиция «Дневника соблазнителя» это подчеркивает — развязка сюжета вставного романа ясна из заглавия, поэтому внешний итог событий не представляет интриги для читателя.
Главный интерес сосредоточен в исследовании внутренних пружин взаимоотношений соблазнителя и его жертвы, в механизме реализации коварного замысла — его развертывание и составляет «драматургию» повествования. По-видимому, Ольга заблудилась в себе самой — именно так, выражением Кьеркегора, можно определить ее состояние, описанное в «крымской» главе романа. Жену Штольца мучали вопросы, «туманная грусть», «ясные, определенные», но не названные автором грозные сны.
Поразительно, но образ «матери-няньки» присутствует и в мечтах Штольца, но совершенно с другим знаком — как антипод его идеала: «Вдали ему опять улыбался новый образ, не эгоистки Ольги, не страстно любящей жены, не матери-няньки, увядающей потом в бесцветной, никому не нужной жизн и, а что-то другое, высокое, почти небывалое…» курсив мой. Возможно, разгадка «крымской» главы кроется в том, что жизненный опыт Ольги начинает вступать в противоречие с «небрежными уроками» Штольца, полученными в ранней юности.
С одной стороны, ее влекут семейные радости, «светлое утро с заботами матери, хозяйки». Но, с другой стороны, влияние мужа еще слишком сильно — она не может играть жизнью с «беззаботным самонаслаждением», боится «впасть во что-нибудь похожее на обломовскую апатию».
Молодая женщин страдает от внутреннего разлада. И, судя по всему, очень скоро Ольга осознает это и поймет, что ее тяготят чуждые убеждения, с младых ногтей усвоенные от Штольца.
И тогда разочарование неизбежно…. Еще более очевидно, что в самом себе заблудился Обломов. Штольц навязал ему дилемму, глубоко противную натуре добродушного сибарита «теперь или никогда! Под напором немца Илья Ильич вынужден принимать несвойственные ему радикальные решения, круто менять свою жизнь. Трудности бытовых перемен оборачиваются для Обломова угрозой потери собственного «я». Затевая «спасение» Обломова, Штольц заранее знал, что тот, конечно же, с места не сдвинется.
Немец выдал себя в разговоре с Ольгой — том самом, когда в Швейцарии определялась их общая судьба. Ильинская, признавшись в своей любви к Обломову, согласилась со Штольцем, что это была ошибка, ожидание мечты. И все же девушка спросила: «Но если б он… изменился, ожил, послушался меня и… разве я не любила бы его тогда? Разве и тогда была бы ложь, ошибка? Но тогда что это было? Оформление паспорта, дорожные сборы, знакомство с Ольгой? Наверное, за тем же, зачем мальчишки разоряют птичьи гнезда — в детстве у Андрея «нередко, среди класса или за молитвой, из кармана его раздавался писк галчат».
Перефразируя афоризм Штольца «Началось с неуменья надевать чулки и кончилось неуменьем жить» , о нем самом можно сказать: началось с разорения птичьих гнезд, а кончилось желанием разворошить если не разрушить чужие жизни. В предварительных набросках Кьеркегора встречается выражение «склонность к вампиризму» [Кьеркегор , сноска 2].
Помимо искусителя и его жертвы в «Дневнике соблазнителя» появляется еще один персонаж — простоватый приятель Иоханнеса, которого тот приводит в дом Корделии, рассчитывая выиграть на его фоне в глазах девушки. В эту схему действующих лиц, предложенную Кьеркегором, как будто вписывается и образ Обломова. На первый взгляд, Илья Ильич вполне годится для амплуа честного наивного воздыхателя, отведенного другу автора дневника, — но только на первый.
Личность героя Гончарова значительно превосходит масштаб фигуры «третьего лишнего» из книги Кьеркегора. Именно Илья Обломов, тихий ленивец с голубиной душой, оказывает настоящее упорное сопротивление искушению чужой жизнью и выигрывает в противостоянии со Штольцем.
Обломов устоял в борьбе за собственное «я» и к концу романа наконец отыскал свое жизненное предназначение. Обломов действительно стал хорошим семьянином, заботливым главой дома. Гончаров, придерживаясь своих принципов тайнописи, не навязывается читателю с этим выводом, а иронично прячет ключевые подробности в пространных описаниях. С переездом на Выборгскую сторону, в дом вдовы Авдотьи Пшеницыной стержнем жизни Обломова стала любовь к детям. Однажды «Маша пришла звать его, не хочет ли пойти на Неву: все идут посмотреть, как становится река.
Он пошел и воротился к чаю». Тот ли это Обломов, который в начале романа боялся простудиться в теплый майский день и все одергивал своих посетителей: «Не подходите, не подходите: вы с холода!
В ожидании, пока наведут мосты и можно будет ехать к Ильинским, Обломов не читает присланных Ольгой книг. Даже в долгие месяцы болезни после разрыва с Ольгой, потеряв интерес к делам хозяйки, Илья Ильич не переставал уделять внимание ее детям: пусть «вяло и нехотя», но «задавал уроки, слушал, как они читают, и улыбался на их детскую болтовню». С рождением собственного сына, Андрюши, отцовское счастье стало полным. Любви Обломова хватило на всех, в семье воцарилась полная гармония.
Илья Ильич беспокоился о будущем детей. Он успел устроить жизнь сына и дочки Пшеницыной — как и обещал , отдал Ваню в гимназию 15 , тот ее благополучно закончил и к концу романа поступил на службу. Маша удачно вышла замуж — можно с уверенностью предположить, что без приданого от Ильи Ильича не обошлось.
Страшась близкой смерти, он волновался за своего маленького сына, завещая заботу о нем Штольцу: «»Не забудь моего Андрея!
Илья Обломов реализовался не только как отец, но и как муж. Почти обесцененный брезгливыми репликами Штольца, в тени остался самый яркий, благородный, великодушный поступок героя, поступок, которого совершенно не требовал кодекс дворянской чести — женитьба на вдове коллежского секретаря Агафье Матвеевне Пшеницыной.
Не разбирая сословных различий, Обломов взял в жены женщину, воплотившую в жизнь его идеал покоя и счастья. Он окружил ее и приемных детей вниманием и заботой, одевал в лучших магазинах «чепцы заказывались на той стороне, чуть ли не на Литейной, башмаки не с Апраксина, а из Гостиного двора, а шляпка — представьте, из Морской! Разнообразный досуг семьи Обломовых Гончаров характеризует всего двумя предложениями — их очень легко пропустить в череде прочих сведений:.
На масленице и на Святой вся семья и сам Илья Ильич ездили на гулянье кататься и в балаганы; брали изредка ложу и посещали, также и всем домом, театр. Подумать только, ложа в театре! Обломов выходит в свет! Чтобы понять весь заложенный здесь автором смысл, стоит вспомнить Обломова в ложе Ильинских — как он обмирал от нескольких довольно безобидных реплик, услышанных им от «двух каких-то франтов» — совершенно незнакомых и безразличных ему людей.
![Тема любви в романе И. А. Гончарова «Обломов»](https://fsd.multiurok.ru/html/2022/11/02/s_63620a12af271/img24.jpg)
Выведенные в люди дети, пощечина Тарантьеву 16 за честь любимой женщины и гордое семейство в ложе театра — разве этого мало? Не довольно ли, чтобы завершить наконец все спекуляции о падении и загубленной жизни Ильи Ильича 17? А что в ответ может предъявить Штольц? Больную грустную жену? Детей, с которыми он общается через «няньку»? Сколько их было, кстати? До конца романа автор так и не уточнил этот «ненужный» нюанс. Приведем несколько цитат, иллюстрирующих вывод о жизненном итоге Штольца:.
Не послать ли завтра за доктором? Подобно тому, как он вводил в заблуждение других, я думаю, что в конце концов он и сам запутается. Думаю, что и с ним в конце концов произойдет то же самое, только в гораздо более ужасном масштабе [Кьеркегор ].
Она говорит о выборе сильного мужчины, который если и не осознал, то ощупью нашел свой путь, свое предназначение. Итак, при сравнительном анализе текстов романа «Обломов» Гончарова и «Дневника соблазнителя» Кьеркегора проявляется неожиданное сходство между персонажами двух произведений, Штольцем и Иоханнесом.
Навязать свою картину мира, свои критерии оценки Обломову и Ольге, вынудить их признать ничтожность иных способов мировидения и существования, заставить заблудиться в себе — вот поведение, которое роднит Штольца с соблазнителем.
И судя по всему, персонажей двух различных авторов объединяют не только цели, но и предсказанный предполагаемый разрушительный личный итог. Отталкиваясь от философских идей своего современника, Гончаров представляет собственную трактовку темы искушения. Как и в «Обыкновенной истории», писатель предлагает публике два прочтения своего произведения: «Обломов» может быть историей угасания личности или философским романом о верности своему «я» и торжествующем праве выбора собственной судьбы, какой бы она ни казалась недругам или друзьям.